Подключайтесь!

Подпишитесь на рассылку, чтобы получать интересные материалы и обновления по электронной почте.

Спасибо, что присоединились к нам! Чтобы закончить процесс подписки, пожалуйста, щелкните на ссылку в сообщении электронной почты, которое мы только что послали вам.

Ой, что-то пошло не так!

Рецензии

Конец света будет обязательно: рецензия на «Нелюбовь» Звягинцева

Еще не отгремели последние социально-культурологические баталии в отношении «Левиафана», а к голубым экранам и сердцам жюри Каннского кинофестиваля уже успела незаметно подкрасться новая драма Андрея Звягинцева с немудреным названием «Нелюбовь». На этот раз автор решил отказаться от громких заявлений на модные темы и попытался соорудить картину, хоть и погруженную в современный социальный контекст, но начисто лишенную политического нерва.

– Как думаешь, будет конец света? – спрашивает отец рушащегося семейства Борис у своего коллеги, не скрывая того, что ответ ему не интересен, да и сам коллега,в общем-то тоже.

– Обязательно, – отвечает коллега, не скрывая, что реагирует ради самой реакции, а не ради продолжения бессмысленной беседы.

nelubov1

Атмосфера мрака и свинцовых мерзостей, царящая в новой картине Звягинцева, однозначно указывает на то, что конец света уже наступил, причем настолько давно, что его разрушительные и страшные результаты уже стали обыденностью для мелких людишек, переставших замечать, что в их душах заржавел какой-то важный винтик. В центре повествования — герои нашего времени, «миддл»-пролетариат, не имеющий иных амбиций кроме сохранения ненавистного рабочего места и создания внешней видимости благопристойности и благополучия. Лучшие друзья — айфон, намертво прилипший к руке, и телевизор, непрерывно сыплющий сенсациями. Борис (Алексей Розин) и Женя (Марьяна Спивак) — семейная пара, не способная с достоинством, без взаимных упреков и поношений пережить развод, а потому отравляющая жизнь себе и двенадцатилетнему Алеше, которому по ведомой только родителям и создателям фильма причине уготована прямая дорога в детский дом.

Alesha-Sleptsov

Насколько реалистичен подобный исход после расставания типичной для нашего времени семейной пары (а типичность героев подчеркивается в фильме на всем его протяжении) — решайте сами; вероятно режиссер Андрей Звягинцев и сценарист Олег Негин, намеренно прибегают к утрированию трагизма для того, чтобы явственней обозначить идею духовного апокалипсиса, после наступления которого не все, но многое человеческое отметается за ненужностью. Вся последующая коллизия фильма строится именно на этой не внушающей доверия мотивировке: Алеша, подслушавший ночную ссору родителей и уверовавший в серьезность их планов, решает бежать из дома; мать, опьяненная новыми тупиковыми отношениями и взявшая в привычку возвращаться домой за полночь, не сразу замечает его отсутствие. Затем — травмирующее спокойствие полицейских, привычных и почти равнодушных к «бегункам», и подчеркнутая активность волонтерского поискового отряда, в который оба родителя пусть пассивно, но вливаются. Кстати, для того, чтобы в полной мере прочувствовать на себе бытовые и духовные принципы, взятые в подобных добровольческих организациях за основу, съемочная группа брала консультации у небезызвестного ПСО «Лиза Алерт», а некоторые актеры принимали участие в реальных поисковых экспедициях.

poiskoviki-nelubov

В фильме определенно прослеживаются взаимосвязи со «Сценами из супружеской жизни» Ингмара Бергмана, да и сам Звягинцев ссылается на эту ленту как на источник вдохновения. Однако, в отличие от прославленного шведского режиссера, Звягинцев не позволяет своим персонажам осознать собственную проблематику и пережить ренессанс. Ни пропажа ребенка, ни двойной тупик, который наступает в конце, когда оба героя окончательно отдаляются друг от друга и укрепляются в новых отношениях, не становятся поводом для сколько-нибудь серьезных измышлений и внутренних изменений. Зритель чувствует, что и Бориса, и Женю беспокоит нечто, что засело в их головах: какое-то тяжелое, неясное, трудно различимое сомнение — но и только… Вы не увидите людей, которые осознали свои ошибки и раскаялись, но увидите мать, которая может спокойно лечь спать, зная, что ее ребенок, вероятно, слоняется по ночному городу и пугается каждого звука и что причиной для его самоубийственного решения, по сути, стала она сама. Вы увидите беременную любовницу, которая в ответ на вполне разумную реплику Бориса о том, что он должен участвовать в поисках сына, спросит с искренним удивлением и непониманием: «А как же я?»

Boris-nelubovПро пропавшего Алешу все эти работники-отделов-продаж и администраторы-салонов-красоты вспоминают крайне редко: большая часть диалогов между неудавшимися родителями укладывается в стандартный пафосный упрек: «Ты обещал мне любовь, а принес только ненависть и разочарование» – и разные его вариации. В этом мире полной атрофии чувства, где взрослые — вроде бы — люди, лишившиеся возможности трезво рассуждать, охотно принимают за влюбленность ожидание ласки и удовольствия, которыми их обделила судьба, и, ленясь провести ревизию и реставрацию, жгут мосты для того, чтобы в итоге встать на те же грабли. В этом мире вообще нет места для детей; они — сдерживающий элемент, досадная помеха. Но почему же тогда пропажа Алеши так портит настроение?

Метафору застывших чувств выгодно подчеркивают натурные зимние съемки — красота безмолвия, бесконечный и безжалостный холод. В этом фильме зима вообще не заканчивается, намекая на полную безысходность, которая ждет обоих героев, несмотря на смену обстановки и объектов для новой нелюбви. Тревожная минималистическая музыка Евгения Гальперина украшает картину только на начальных и финальных титрах, все действия персонажей проходят на фоне зловещей тишины, а важнейшие диалоги ведутся приглушенными голосами, владельцы которых настолько устали друг от друга и от себя самих, что уже не считают нужным придавать им интонационную окраску.

В конечном счете, Борис, и Женя, вокруг которых строится повествование, не вызывают ни сочувствия, ни понимания — не вызывают вообще никаких чувств. Их неудачливое движение к прозрению, истерика Жени в морге, вполне искренние, но мимолетные, не оставляющие влажных следов слезы Бориса и полная итоговая прострация как показатель неспособности к самоанализу — все это пробуждает в зрителе только легкую брезгливость. Сами авторы фильма тоже не проявляют к ним ни малейшей симпатии — скорей высокомерное презрение, так часто встречающееся в русском искусстве всех направлений в отношении мещанского большинства.

mat-nelubov

Несколько раздражает стремление Звягинцева разжевывать приготовленную им же пищу самостоятельно, не оставив зрителю места для интеллектуальной борьбы с материалом. Женя, например, сама в монологах о себе любимой рассказывает о матери, которая ее не ласкала, о том, что ее единственный ребенок был нежеланным и о том, что он «чуть не порвал ее» при родах — зрителю не остается ничего иного, кроме как проглотить эту тщательно измельченную котлету, а возможности для собственных размышлений о мотивации родительницы просто не предоставляется. «Смотрите, – как бы говорят авторы. – Эти герои тоже не знали любви, очерствели и огрубели, а теперь их ребенок пожинает плоды. Смотрите, все же ясно!» Да, именно так: ясно и скучно.

Великий писатель Максим Горький, будь у него возможность увидеть этот фильм, вероятно, изрек бы свое классическое: «А был ли мальчик?» – имея в виду, конечно же, не несчастного Алешу Слепцова, а сам собой вытекающий вопрос: «А был ли смысл?» Был ли смысл ради минутного удовольствия, которое приводит к новой гнетущей пустоте и скуке, выдавливать из своей жизни ни в чем не провинившегося подростка? Стоило ли оно того? А был ли смысл вообще снимать этот фильм?

kanny-nelubov
Съемочная группа в Каннах

Попытка показать героев в контексте российской современности с ее айфонами, многолюдными офисами, православным активизмом и даже Дмитрием Киселевым, в привычных формулировках вещающим о Донбассе, явно указывает на то, что авторы стремятся вывести частный случай своих персонажей на новый уровень — уровень страны; страны, в которой царит Нелюбовь. Но это лукавство от начала и до конца. Во-первых, сама посылка о том, что мальчик после развода родителей должен оказаться в детском доме, надумана и не вызывает доверия — такая вероятность в любой действительности любого развитого государства крайне мала. Во-вторых, достаточно просто взглянуть вокруг, чтобы снизить густоту намешанных Звягинцевым красок и понять, что случай описанных им героев — продукт отношений двух конкретных неразвитых духовно людей, а не повсеместная тенденция. Ну, и, наконец, загляните в себя… Там ведь что-то есть?

nelubov-aifon

Подобные продукты искусства, несмотря на весь их тщательно пропагандируемый гуманистический посыл, на самом деле ведут к совершенно иным последствиям: мрачность и тенденциозность повествования невольно наводит на мысль о том, что все уже давно потеряно и любая борьба за чистое и светлое бесполезна. Но это лишь взгляд конкретного художника, который не напрасно подвергается критике и подчас довольно жесткой. Свинцовое обаяние картин Звягинцева, в том числе и «Нелюбви», действительно затягивает и угнетает, они сильны в плане атмосферы, но не в плане преподнесения моралите — глупо было бы воспринимать их как отражение действительности, энциклопедию жизни. Действительность ярче и многогранней. Обязательно посмотрите «Нелюбовь» Звягинцева, а потом забудьте ее, как страшный сон: выйдите на улицу, обнимите ребенка, обсудите последние новости (только не с Донбасса, нет) с друзьями и дайте душе, вашему главному источнику вдохновения, как следует отдохнуть от печальных размышлений. Так, и что теперь вы видите вокруг?

Конец света будет?

Текст: Екатерина Рагозина

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.